## О втором пришествии

#### Господа нашего Иисуса Христа, и на слова: "Все мы предстанем на суд Христов. И каждый из нас за себя даст отчет Богу" (Римл. 14:10,12).

1. Я полагал, что вчера я сказал вам нечто великое и значительное: по существу дела оно и действительно было велико и превосходило всякое слово. Тем не менее сегодняшнее чтение настолько же превосходит его, насколько само оно превосходит наши слова. Хотя я не думал, чтобы что-нибудь превзошло его, однако приходящееся на сегодняшний день чтение оказалось гораздо сильнее. Что же именно было прочитано сегодня? "Все мы предстанем на суд Христов. Ибо написано: живу Я, говорит Господь, предо Мною преклонится всякое колено, и всякий язык будет исповедывать Бога" (Римл. 14:10,11). Итак, неужели каждый из нас воздаст о себе слово, слово Богу? Заметь, не сказал просто: всякий "преклонится", но: всякий "будет исповедывать", то есть: даст отчет в сделанном им. Итак, представляя себе Владыку всех сидящим на престоле, будь внимателен к себе, о, человек, и не производи раздора и разделения в церкви, отторгаясь от благодати; ведь, Христос и тебя, и весь род человеческий потребует к ответу. Потом, чтобы не показалось, что это сказано только для нашего устрашения, он, пользуясь тем, что следовало об этом говорить по ходу речи, и далее касается того же предмета: "Не станем же более судить друг друга, а лучше судите о том, как бы не подавать брату [случая к] преткновению или соблазну" (ст.13). Это относится к одному не больше, чем к другому, а потому может быть приложено к обоим: и к совершенному, который, соблазняется разборчивостью в пище, и к несовершенному, для которого служат преткновением слишком резкие укоризны. Рассуди же, какому подвергаемся мы наказанию, если соблазняем ближних без всякой доброй цели. Если здесь, где вся ошибка состояла в неблаговременности упреков, апостол их запрещает, чтобы не соблазнялся и не претыкался брат, то чего будем достойны мы, когда соблазняем брата, совсем не имея намерения исправить его? Если не сберечь есть проступок, как показывает пример закопавшего в землю талант, то чего не навлечем мы на себя, соблазняя другого? Ты скажешь: что же мне делать, если он соблазняется сам по себе, по своей слабости? Именно эта слабость его и должна побуждать тебя сдерживаться. Если бы он был крепок, не имел бы нужды в такой попечительности. А теперь, чем он слабее, тем большего требует внимания. Итак, будем заботиться о немощном брате и поддерживать его во всех случаях. Ведь мы дадим ответ не за свои только грехи, но и за все то, в чем соблазняем других. Но если трудно отвечать и за свои грехи, то как нам спастись, когда присоединится сюда еще и ответственность за соблазны? Да не подумаем оправдываться тем, что мы не одни, что найдутся сообщники в наших грехах. Это только увеличит наше наказание. Змей наказан был строже жены, а жена строже мужа. Иезавель понесла более тяжкое наказание, чем Ахав, отнявший виноградник. Так, конечно, и ты, если окажешься виновным в гибели других, подпадешь более тяжкому наказанию, чем те, которым послужил ты соблазном. Не так пагубно самому согрешить, как ввести в грех других, почему апостол и говорит: "однако не только [их] делают, но и делающих одобряют" (Рим. 1:32). Поэтому, видя, что другие грешат, не только не будем подталкивать их на грех, но постараемся извлечь их из бездны порока, чтобы за гибель других нам самим не подвергнуться казни. Впрочем, возвратимся к тому, о чем была у нас речь. "Все мы", говорит апостол "предстанем на суд Христов" и дадим отчет Богу. Что тогда будем делать мы, добровольно погрязавшие во грехах? Где найдем поддержку? В чем почерпнем утешение? Чем умилостивим грозного Судию? Куда скроемся от стыда, когда обнажится перед нами наше собственное нечестие? (Другое дело теперь): если теперь пожелаем мы исправиться и творить угодное Богу, то можем и все свои грехи омыть, и избегнуть ужасов грядущего суда. А это возможно, конечно, если постоянно будем помнить о своем отшествии отсюда, о бренности тела: "Помни", говорит премудрый, "о конце твоем, и вовек не согрешишь" (Сирах 7:39); затем, будем представлять себе в своей мысли страшный суд Христов, на котором все будет разоблачено и обнажено перед Его очами – и слова, и дела, и мысли; будем, далее, напоминать себе об огненной реке, о неразрешимых узах, о тьме непроницаемой, о скрежете зубов, о черве ядовитом, о том дне, ужасном для грешника, светлом и радостном для усовершившихся в делах правды.

2. Но находятся люди, настолько исполненные безумия, что боговдохновенные Писания считают ложными, а суд Божий представляют аллегорией. Я слышал о некоторых, преданных греху и погрязающих в бездне страстей, что они распространяют подобные мысли, утверждая, что Бог угрожает наказаниями за гробом только для того, чтобы устрашить людей; что, конечно, на самом деле Он этого не сделает, но, будучи, человеколюбивым, ограничится незначительным наказанием, да и то главным образом по отношению к тем, которые совсем Его отвергают. Но послушайте же, развращенные сердцем люди, работающие коварству дьявола, радующегося о вашей гибели! Ведь это он, конечно, внушает нам такое бесстрашие, чтобы под влиянием страха мы не поспешили исправить свою жизнь и через то не избегли тяжести наказания; рассчитывая, что такая беззаботность в настоящей жизни приведет там нас на самое дно ада. Итак, скажите же мне вы, безумные, выставляющие Бога лжецом, почитающие слова Священных Писаний лишь пустыми угрозами, а не истиной, - как полагаете вы: тот богач, презревший Лазаря, не мучится (Лк.16)? Юродивые девы не изгоняются из брачного чертога? Отказавшиеся напитать Христа не пойдут в огонь, уготованный дьяволу и ангелам его? Одетый в нечистую одежду не будет связан по рукам и по ногам, и осужден на гибель? Требовавший ста динариев не будет предан истязателям? Разве неправда то, что сказано о прелюбодеях: "червь их не умирает и огонь не угасает" (Мк. 9:48)? Или все это только одни угрозы? Да, говоришь ты. Но скажите мне, несчастные, на каком основании осмеливаетесь вы утверждать такие вещи и произносить от себя столь несправедливый приговор? А я могу доказать вам противное и словами и делами Христовыми. Если не верят словам Писания о будущем наказании, то, по крайней мере, тому, что уже совершилось, все, конечно, должны поверить. Ведь то, что уже было, что исполнилось на самом деле, не пустые, конечно, угрозы и слова. Итак, кто при Ное навел потоп на всю вселенную, произвел столь ужасное истребление и гибель всего нашего рода? Кто, затем, низвел молнию и огонь с неба на землю Содомскую? Кто потопил в море всю силу египетскую? Кто истребил шестьсот тысяч человек в пустыне? Кто попалил огнем сонм Авиронов? Кто повелел земле разверсть уста свои, и поглотить Корея, Дафана и бывших с ними? Кто при Давиде в одно мгновение поразил семьдесят тысяч? Кто 185 тысяч в одну ночь умертвил во дни пророка Исайи? Упоминать ли еще о наказаниях частных? О Каине, преданном на непрестанное мучение, о сыне Хармия, который побит камнями со всем его родом, о собиравшем дрова в субботу и подвергшемся той же казни, о сорока двух отроках, которые при Елисее съедены зверями и которым не послужил извинением юный их возраст? А если хочешь видеть подобные примеры и во времена благодати, представь себе, какие наказания претерпели иудеи, когда жены их ели собственных детей, и зажаривая, и в других видах употребляя; как они поражены были ужасным голодом, и многочисленными и тяжкими бедствиями войны до такой степени, что все прежние несчастия кажутся ничтожными при сопоставлении с этими ужасами. А что именно Христос навел на них все это, послушай, как сам Он предсказывает эти несчастья то в притчах, то ясно и определенно. Например, в притче Он говорит: "врагов же моих тех, которые не хотели, чтобы я царствовал над ними, приведите сюда и избейте предо мною" (лк. 19:27); о том же говорят притчи о винограднике и о браке. Такие же угрозы выражаются и ясно и определенно, когда Он говорит: "и падут от острия меча, и отведутся в плен во все народы. И будут знамения в солнце и луне и звездах, а на земле уныние народов и недоумение; и море восшумит и возмутится" (Лк. 21:24,25). "Тогда будет великая скорбь, какой не было от начала мира доныне, и не будет" (Мф.24:21). Всем известно также, какой казни подверглись Анания и Сапфира за утайку нескольких монет. А ежедневные несчастия, какие мы терпим за грехи, кто их не видит? Или скажешь, что их не бывает? Но разве и в наши дни не погибают люди от голода? Не страдают проказой и другими телесными болезнями? Не живут в безисходной нищете? Не терпят тысячи несносных и тяжких бедствий? Теперь – справедливо ли было бы одних наказывать, а других нет? Если Бог не несправедлив, - что и несомненно, - то конечно и ты будешь наказан за грехи свои. Если же ты думаешь, что Бог тебя не накажет, так как Он человеколюбив, то и тех не нужно было наказывать. Но вот, - ради этих ваших жалких слов, - Бог и здесь многих наказывает, чтобы вы, неверующие словесным угрозам, поверили хотя бы действительным казням. И так как давно минувшее нас мало устрашает, то Он вразумляет беспечных современными событиями, которые совершаются в каждом поколении.

3. Почему же, скажут, Бог не наказывает всех здесь? Чтобы иным дать предопределенное от Него время на покаяние. А почему не ограничивается по отношению ко всем только тамошними наказаниями? Чтобы не умножилось число неверующих Божию промыслу. Почему из разбойников одни пойманы, а другие ушли от наказания? Где тут Божие человеколюбие и правосудие? Если бы вовсе никто не был наказываем, тогда можно бы было прибегнуть к этому доводу. Но когда одни наказаны, другие нет, хотя бы и больше грешили, то как это понять, что за одни и те же преступления не одинаковы наказания? Не придется ли признать, что наказание в этом случае является несправедливым? Итак, почему же не все наказываются здесь? Послушай, как отвечает тебе на это сам Христос. Когда некоторые погибли от падения башни, то Христос на возникшее по поводу их смерти недоумение говорил: "думаете ли вы, что эти Галилеяне были грешнее всех Галилеян, что так пострадали? Нет, говорю вам, но, если не покаетесь, все так же погибнете" (Лк. 8:2-5). Этим Он научает нас не полагаться на то, что при множестве наших преступлений остаемся без наказания, когда другие терпят его, потому что, если не покаемся, непременно будем наказаны. За что же, спросишь, терпеть вечное наказание нам, которые здесь грешили недолгое время? А за что здесь человек, в одну минуту сделавший одно смертоубийство, осуждается на всю жизнь на работу в рудниках? Скажешь: Бог так не должен поступать? А как же Он расслабленного тридцать восемь лет держал в столь тяжком недуге? А что за грехи наказан был тот болезнью, послушай, что говорит ему (Христос): "вот, ты выздоровел; не греши больше, чтобы не случилось с тобою чего хуже" (Иоан. 5:14). Впрочем, расслабленный, говоришь ты, получил все-таки освобождение от наказания; а там этого не будет. Действительно, тамошним наказаниям конца не будет; послушай, как говорит об этом сам Христос: "червь их не умирает и огонь не угасает" (Мк. 9:46). Так и должно быть: если жизнь вечная, то и наказание вечное. Или не знаешь, как Он угрожал иудеям? Исполнились ли эти угрозы, или остались только на словах? Сказано: "не останется камня на камне" (Лк. 21:6); и действительно, остался ли камень на камне? Христос сказал: "будет великая скорбь, какой не было от начала мира доныне" (Мф. 24:21). Разве не сбылось и это? Прочитай историю Иосифа: у тебя займется дух при одном рассказе о бедствиях, какие претерпели иудеи на самом деле. Говорят, что эти ужасы не имеют себе примера в истории, что никогда не разражалось над народом такой войны. Напоминаю об них не с тем, чтобы огорчить вас, но чтобы обеспечить вам безопасность в будущем; ведь, утешая вас напрасными надеждами, я мог бы подвергнуть вас тягостнейшим наказаниям. И скажи мне: почему бы ты не заслуживал быть наказанным за грехи твои? Не предупредил ли тебя Бог обо всем? Не угрожал ли Он тебе? Не устрашал ли? Не употреблял ли тысячи средств для твоего спасения? Не даровал ли тебе баню возрождения, и не простил ли всех прежних грехов твоих? И после этого возрождения, после отпущения грехов, не дал ли тебе, когда ты опять стал грешить, нового пособия – в покаянии? Не облегчил ли тебе способов получить прощение во грехах, соделанных и после этого? Итак, выслушай, что заповедал Бог. Если будешь прощать грехи ближнему, то и Я, говорит Он, прощу тебе. Разве это неудобно? "Спасайте угнетенного, защищайте сироту, вступайтесь за вдову. Тогда придите - и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, - как снег убелю" (Ис.1:17,18). Разве это трудно? "Говори ты, чтоб оправдаться" (Ис.43:26). Какая в этом тягость? "Искупи грехи твои милосердием к бедным" (Дан. 4:24). Какой в том труд? Мытарь сказал: "будь милостив ко мне грешнику", и "пошел оправданным" (Лк. 18:13,14). Трудно ли подражать мытарю? Но и после всего этого ты не хочешь убедиться, что есть и казнь, и мучение. Может быть ты скажешь, что и дьявол не наказывается? Сказано: "идите в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его" (Мф. 25:41). Но если нет геенны, то и он не наказывается. Если же дьявол наказывается, очевидно, что будем наказаны и мы, которые делаем дела его. И мы преступаем волю Божию, хотя не в том самом, с чем он. Как же не боишься ты говорить дерзко о Боге, утверждая, что Бог человеколюбив, а потому не накажет? А если накажет, то – по твоему – выйдет, что Он уже не человеколюбив? Видишь, какие речи внушает вам дьявол?

Что же? По вашему монахи, поселившиеся в горах и подъявшие множество подвигов в горах и в вертепах и пропастях земных, останутся не увенчанными? Ведь если злые не наказываются, и нет никакого воздаяния, то отчего не сказать, - и с таким же основанием, - что и добрые не увенчиваются? Ты скажешь: нет. Богу прилично иметь одно лишь царство, а не геенну. Следовательно, и блудник, и прелюбодей, и совершивший тысячи преступлений будут наслаждаться теми же благами, какими отличившийся и целомудрием и святостью и воздержанием, словом – уподобившийся по жизни ангелам? Если нет геенны, а воскресение все-таки будет, то и злые удостоятся тех же благ, каких праведники. Но какой безумец станет утверждать это? Или лучше сказать, кто из демонов осмелится выговорить это? Даже и бесы признают геенну. Потому и "закричали: пришел Ты сюда прежде времени мучить нас" (Мф. 8:29)! Как же ты не боишься, не ужасаешься отрицать то, что признают даже бесы? Как не поймешь, какой учитель внушает тебе столь злые наставления? Тот, кто обольстил человека в начале, и предложением больших надежд исторг у него блага, бывшие уже в руках, тот же и ныне наущает так говорить и думать. Дьявол для того и убеждает некоторых думать, что нет геенны, чтобы ввергнуть в геенну. Напротив, Бог угрожает геенною и ее приготовил, чтобы мы, зная о ней, так жили, чтобы не впасть в геенну. Если дьявол теперь, когда есть геенна, уверяет тебя, что ее нет, то, если бы не было геенны, какая была бы нужда свидетельствовать о ней бесам, которые всего более стараются о том, чтобы мы и не подозревали ничего подобного, чтобы, не страшась ее, стали беспечнее, и впали с ними в геенский огонь? Но почему же, спросишь, они свидетельствовали тогда о геенне? Потому что не могли сопротивляться принуждавшей их к тому необходимости. Взяв во внимание все это, да перестанут умствующие так своими речами обольщать себя и других! Пророк говорит: "грядет Бог наш, и не в безмолвии: пред Ним огонь поядающий, и вокруг Его сильная буря" (Пс. 49:3). "Пред Ним идет огонь и вокруг попаляет врагов Его" (Пс. 96:3). А кто враги Божии, если не блудники, прелюбодеи, мужеложники, похотники, идолослужители, корыстолюбцы, пьяницы, клятвопреступники, ропотники, гневливые, злопамятные, гордые, высокомерные, непослушные родителям, немилосердные? Им всем в страшный день общего воскресения повелит Судия: "идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его" (Мф. 25:41).

4. Если за все исчисленное сейчас мы понесем наказание, то не гораздо ли строже на страшном суде ответят за свои слова те, которые высмеивают страшные и наводящие трепет угрозы Христовы и приводят к беспечности многих, готовых позаботиться о своем спасении, и оказываются хуже даже язычников – ниневитян? Те, хотя и вовсе не знали истины, но как скоро услышали, что город их будет истреблен, не только не отнеслись с неверием к проповеди пророка, но возстенали, облеклись в рубища и смирились, и не оставляли всего этого до тех пор, пока не умилостивили Бога и не отвратили Его гнева. А ты, христианин, после стольких уроков и на словах и на деле, уничижаешь то, что сказал Христос? Смотри, участь твоя будет противоположна участи ниневитян. Те, убоявшись слов, не подверглись наказанию на самом деле; а ты, презирающий словесные угрозы, понесешь казнь на самом деле. Разве не видишь, что сделал Христос и здесь на земле? Не одинакового жребия удостоил Он двух разбойников, но одного ввел в царство, а другого послал в геенну. Но что говорить о разбойнике и человекоубийце! Христос не пощадил и апостола, который сделался предателем, но, предвидя, что он повесится, удавится и рассядется, как сказано: "когда низринулся, расселось чрево его" (Деян. 1:18), - предвидя все это, попустил однакож ему претерпеть, чтобы через настоящее удостоверить тебя во всем будущем. Итак, не обманывайте, люди, сами себя, доверяя дьяволу: ведь это его внушения. Если судьи, господа, учители, если и образованные народы, и варвары награждают добрых и наказывают злых, то возможно ли, чтобы Бог поступил иначе, и доброго сравнял с порочным? До чего дойдет тогда порок? Если ныне порочные, ожидая наказания, окруженные отовсюду страхом, и от судей, и от законов, несмотря на все это не отстают от дурных дел, то когда же перестанут они быть злыми, если будут знать, что по отшествии в вечность избавятся от всякого страха, и не только не впадут в геенну, но еще получат царство? Скажи мне, будет человеколюбиво уравнивать путь пороку, награждать зло, удостаивать одной чести целомудренного и распутного, верного и нечестивого, милостивого и бесчеловечного? Если бы Богу никакого дела не было до нас, грешим ли мы или подвизаемся в добре, то может быть было бы некоторое основание сказать, что наказаний нет. А если Он так заботится о том, чтобы мы не грешили, и такие употребляет меры, чтобы мы соблюдали заповеди, то очевидно, что Он и согрешающих наказывает, и делающих добро увенчивает. И заметь при этом, какая нелепость. С одной стороны, жалуются на Бога, что Он часто бывает долготерпелив, и равнодушно взирает на то, что многие злодеи, плотоугодники, притеснители остаются без наказания, а с другой – горько и сильно ропщут на то, что Бог угрожает им наказанием. Но если последнее огорчает их, то первое они должны бы одобрить и восхвалить? О, безумие! О, нелепое и бесстыдное рассуждение! О, грехолюбивая и преданная пороку душа! Ведь любовь к удовольствиям и рождает все эти учения. А если бы рассуждающие таким образом возлюбили добродетель, то скоро уверились бы в геенне, и не стали бы более сомневаться. Спрашиваешь, где и в каком месте будет геенна? Но что тебе до этого за дело? Нужно знать, что она есть, а не то, где и в каком месте скрывается. Некоторые, применяя к геенне то, что рассказывается о какой-то войне в древности, пустословят, что она находится в долине Иосафатовой. Действительно, был такой случай, что Бог, наказывая противников своим праведным судом, совершенно истребил их – именно в долине Иосафатовой, - так что обитателям Иерусалима на семь лет хватило оружия истребленных на топливо (Иоиль 3:2; Иезек. 39:9). И вот здесь-то хотят теперь поместить геенну. Но Писание этого не говорит. Ты хочешь все-таки знать: в каком месте будет геенна? По моему мнению, где-нибудь вне всего этого мира. Как царские темницы и рудокоппи бывают в местах отдаленных, так и геенна будет где-нибудь вне этой вселенной. Но будем допытываться не о том, где она, но как избежать ее. И потому, что Бог не всех наказывает здесь, не должны мы не верить будущим наказаниям. Он человеколюбив и долготерпелив, и потому угрожает, а не вдруг ввергает в геенну. "Не хочу смерти умирающего, говорит Господь Бог; но обратитесь, и живите" (Иезек. 18:32). А если нет смерти для грешника, то это напрасно сказано.

5. Я знаю, что для вас нет ничего неприятнее подобных слов; а для меня они всего приятнее. О, если бы вы и за обедом и за ужином и в бане – везде беседовали о геенне! Тогда мы не сетовали бы на стоящие бедствия и не услаждались бы земными благами. Да и какие бы тогда могли огорчать нас несчастия? Нищета? Болезнь? Плен? Недуг телесный? Все это достойно смеха в сравнении с будущим наказанием. Укажешь ли мне на томящихся всегда голодом, на слепых с младенчества, на выпрашивающих себе каждый кусок хлеба? И подобное испытать – ничего не значит в сравнении с будущим мучением. Итак, будем постоянно обращаться к геенне и умом, и языком. Память о ней не допустит нас впасть в геенну. Или не слышишь, что говорит Павел: "которые подвергнутся наказанию, вечной погибели, от лица Господа" (2Фес. 1:9)? Или не слышишь, каков был Нерон, которого Павел называет антихристовою тайною. "Тайна беззакония уже в действии" (2Фес.2:7), говорит он. Итак что же? Ужели ничего не потерпит Нерон, ничего не потерпит антихрист, ничего дьявол? А следовательно антихрист и дьявол всегда будут, потому что, оставшись без наказания, они не оставят злобы своей? Нет, - говоришь ты; всякому известно, что есть наказание и геенна; но впадут в геенну одни неверные. Почему же, скажи? Потому, ответишь, что верные познали своего Владыку? Что же из того? Когда жизнь нечиста, они понесут за это еще большее наказание в сравнении с неверными. "Те, которые, не [имея] закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся" (Рим. 2:12). И еще: "раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много" (Лк. 12:47). Но если это сказано без всякой мысли, и нам не должно давать отчета в жизни, то и дьявол не будет наказан, потому что он знает Бога лучше многих из людей. Ведь и бесы знают Бога, трепещут Его и признают (Иак. 2:19) Судию. Итак, если не потребуется у нас отчета в жизни и злых делах, то и бесы избегнут наказания? Нет, нет; не обманывайте сами себя, возлюбленные! Если нет геенны, то как же апостолы будут судить двенадцать колен Израилевых? Как Павел говорит: "разве не знаете, что мы будем судить ангелов, не тем ли более [дела] житейские" (1Кор. 6:3)? Зачем Христос сказал: "ниневитяне восстанут на суд с родом сим и осудят его" (Мф. 12:41); и еще: "отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда" (Мф. 10:15)? Как же ты, человек, шутишь, чем шутить не должно? Сам себя обманываешь и вводишь в заблуждение душу свою? Зачем восстаешь против человеколюбия Божия? Для того именно Бог и создал геенну, и угрожает ею, чтобы мы из страха ее старались быть лучшими и в нее не впадали. Поэтому, кто запрещает говорить о геенне, тот не достигает ничего другого, как незаметно приготовляет самому себе, самого же себя обманывая, гибель в геенне. Не связывай же рук, подвизающихся в добродетели, не усиливай нерадения в людях, погруженных в сон. Если бы уверить людей, что нет геенны, то отстали бы они когда-нибудь от порока? И где же будет правда? Не говорю уже о грешниках и праведниках, но исключительно о грешниках. Почему один наказывается здесь, а другой не наказывается, за тот же самый, а то и тягчайший грех? Если нет геенны, ничего нельзя сказать на такую жалобу. А потому прошу вас всех оставить такую смешную, прямо сатанинскую мысль, - и тем заградить уста возражающим против этого. В самых малых делах, как худых, так и добрых, будет строгое испытание. И за нескромный взгляд подвергнемся мы наказанию, и в праздном слове дадим отчет, и в смехе, и в злоречии, и в дурном помысле, и в пьянстве; а равно и в добрых делах – за чашу студеной воды, за ласковое слово, за один вздох получим награду. Сказано ведь: "и на челах людей скорбящих, воздыхающих о всех мерзостях, сделай знак" (Иез. 9:4). Как же смеешь ты говорить, что Бог с такою строгостию испытующий нашу жизнь, напрасно и попусту угрожал геенной? Прошу вас, умоляю, не губите такими суетными надеждами себя и тех, которые вам доверяются. Если не верите нашим словам, спросите иудеев, эллинов, всех еретиков, - и все они как бы одними устами ответят, что будет суд и воздаяние. А кто не довольствуется человеческим свидетельством, пусть спросит самих бесов, - и услышит, как вопиют они: что "пришел Ты сюда прежде времени мучить нас" (Мф. 8:29)! Представьте же себе все это и убедите самих себя не болтать пустых слов, чтобы на опыте не изведать геенны, а напротив, уцеломудрившись помышлениями о геенне, быть в состоянии не только избежать будущих мучений, но даже получить будущие блага по благодати и человеколюбию Господа нашего Иисуса Христа, Которому с Отцом и Святым Духом слава и держава во веки веков. Аминь.

В начало Назад На главную